Личная страничка участника    

Фамилия       N участника          

Занимательная лингвистика
Вопрос Светозара

 


   Стилистика

Избегая повторения и стремясь придать высказыванию бульшую выразительность, мы заменяем отдельные слова или группы слов другими, которые, как нам представляется, передают мысль точнее, ярче, оригинальнее, то есть прибегаем к перифразу (от греч. periphrasis: peri — вокруг, около, phradzo — говорю). Об этом идёт речь в статье М. И. Качуренко

А как иначе?

Любое явление жизни интересно и неоднозначно. Но не менее любопытно то, что мы можем о нём сказать. Язык даёт нам замечательную возможность по-разному назвать один и тот же предмет, по-своему выразить одну и ту же мысль.
И эта особенность образной речи называется перифраз. Не стоит путать его с парафразом — изложением своими словами какого-либо литературного произведения.

Как и другие тропы (изобразительно-выразительные средства языка), перифразы могут быть общеязыковыми и индивидуально-авторскими. Многие из них становятся общеизвестными, популярными, бытуют в нашей речи на уровне оборотов, готовых для определённых случаев жизни. О Москве мы можем сказать иначе — златоглавая столица, о Петербурге — город на Неве или словами Пушкина — Петра творенье; о животных, используя есенинские строки, — братья наши меньшие; врачей вслед за публицистикой назовём людьми в белых халатах; осень для многих из нас — «Унылая пора! Очей очарованье!»



В перифразе обычно внимание уделяется одному существенному признаку явления, предмета, человека и т.д., а остальные как будто уходят в тень, давая возможность тому, что важно для автора, стать ярче, значительнее. Попробуйте нарисовать портрет, скажем, пушкинского Онегина, собрав по тексту романа те многочисленные образные выражения, какими автор характеризует своего героя. Вначале он «молодой повеса», «философ в осьмнадцать лет», «театра злой законодатель, непостоянный обожатель очаровательных актрис», «модный тиран», а затем — «беглец людей и света», «убийца юного поэта», «отшельник праздный и унылый»…

Перифразы стилистически делятся на образные, в которых слова употреблены в переносном значении, и, условно говоря, необразные, передающие точный, прямой смысл. Маяковский называет Нью-Йорк городом жёлтого дьявола, и это выражение носит метафорический характер. А в официальном контексте данный город ассоциируется с центром деловой жизни Америки. Каникулы можно образно назвать счастливыми месяцами, праздником лета, порой приключений и т.д., а можно необразно — перерывом в занятиях в учебных заведениях на праздничное или летнее время. Последнее выражение напоминает задание кроссворда — ведь, в сущности, в основе этой интеллектуальной игры лежит приём перифраза, чаще необразного, но иногда построенного на ассоциациях составителей.

Неординарность и самобытность подобранных слов, свежесть и точность соотнесения воплощённого образа с реальностью мы видим в индивидуально-авторских перифразах многих талантливых художников слова. В стихотворении А. С. Пушкина «Песнь о вещем Олеге» князь обращается к волхву: «Скажи мне, кудесник, любимец богов…» Прекрасный белый снег весной превращается в  серый и грязный — это оттепель, слякоть… и вина весны, как заметил японский поэт Сугияма Сампу. А какая роль в нашей жизни отведена слову, произнесённому любимым человеком, и как оно названо иначе у М. Ю. Лермонтова:

Залогом вольности желанной,
Лучом надежды в море бед
Мне стал тогда ваш безымянный,
Но вечно памятный привет.

С перефразированием связано такое психолингвистическое явление, как эвфемизмы (от греч. euphemismos — воздержание от неподобающих слов), — слово или выражение, служащее в определённых условиях для замены нежелательных, невежливых, слишком резких высказываний. Например, высшая мера наказания вместо «смертная казнь», ваш сын — невоспитанный ребёнок вместо «хам и грубиян», они обменялись любезностями (иронич.) вместо «обругали друг друга».

Широко употребляемые перифразы имеют тенденцию со временем превращаться в устойчивые выражения — фразеологизмы, и использоваться наряду с обычными словами и сочетаниями слов: отличный работник, настоящий талант, золотые руки, мастер своего дела; не представляю, не могу понять, ума не приложу, голову сломал; освободиться, вздохнуть полной грудью, разогнуть спину, разорвать цепи, сбросить ярмо, стать вольной птицей и т.д. Но подобные сочетания таят в себе опасность утратить новизну и стать речевыми штампами, если человек применяет их не в меру, при любом удобном случае. Пример такой псевдоэкспрессии приводит писатель-сатирик В. Войнович в своём произведении «Претендент на престол». Один из героев, редактор по фамилии Ермолкин, как раз страдает склонностью перефразировать нейтральные слова, превращая их, как ему кажется, в возвышенные и патетичные:


"Нацелив на вёрстку острый свой карандаш, Ермолкин пристально вглядывался в напечатанные слова и ястребом кидался, если попадалось среди них хоть одно живое. Все обыкновенные слова казались ему недостойными нашей необыкновенной эпохи, и он тут же выправлял слово «дом» на «здание» или «строение», «красноармеец» — на «красный воин». Не было у него в газете ни «крестьян», ни «лошадей», ни «верблюдов», а были «труженики полей», «конское поголовье» и «корабли пустыни». Люди, упомянутые в газете, не «говорили», а «заявляли», не «спрашивали», а «обращали свой вопрос». Немецких лётчиков Ермолкин называл «фашистскими стервятниками», советских лётчиков - «сталинскими соколами», а небо — «воздушным бассейном» или «пятым океаном».

Как видим, истинная ценность хорошей речи заключается в соблюдении чувства меры и умении создавать неповторимые образные выражения, всякий раз задаваясь творческим вопросом: «А мог бы я высказаться лучше по этому поводу?»

(Вестник Олимпиады "Светозар", N15)

Другие статьи раздела "Стилистика"

© 2004 МИМЦ "Русская филология"  
e-mail: info@svetozar.ru

Москва-соотечественникам | Олимпиада | Занимательная лингвистика | Словарь юного филолога | Учебник Светозара
Вопрос Светозара | Золотое перо | Письма Светозару | Гостевая книга